Русская Голгофа

Благотворительность

Из дневниковых записей и переписки Императрицы Александры Феодоровны известно, что Она в течение первых лет замужества, рожая с перерывами в два года Детей и Сама их нянча, в то же время курировала крупные благотворительные акции Семьи: мастерские, школы, больницы, план реформирования тюрем. Собственное состояние Императрицы было небольшим, и для проведения Своих благотворительных акций Ей приходилось урезать личные расходы. Во время голода 1898 года Она дала на борьбу с ним из личных средств 50 тысяч рублей — восьмую часть годового дохода Семьи. Это сверх и помимо обычных благотворительных дел. Бесчисленное количество раз, Сама часто недомогая, Императрица ездила из Царского Села в Санкт-Петербург навещать больных. Будучи Сама доброй Матерью, Она особенно сочувствовала горестям других матерей. Люди, которых Она хорошо знала, и те, которые едва знали Ее, все были уверены, что найдут со стороны Александры Феодоровны теплое сочувствие своим бедам.

С особой теплотой вспоминают об Александре Феодоровне ее близкие подруги Анна Танеева и Юлия Ден. Они были именно подругами Царицы, а не придворными дамами, близко соприкасались с Семьей Императора и оставили о ней бесценные записи. Танеева много помогала Императрице в благотворительных начинаниях, к которым постоянно привлекались и Царские Дети.

61948252

«Белые цветки» царской семьи

Из воспоминаний Анны Танеевой: «Воспитанной в Англии и Германии Императрице, — писала она, — не нравилась пустая атмосфера петербургского света, и Она все надеялась привить вкус к труду. С этой целью Она основала Общество рукоделия, члены которого — дамы и барышни обязаны были сработать не менее трех вещей в год для бедных. Сначала все принялись за работу, но вскоре, как и ко всему, наши дамы охладели, и никто не мог сработать даже трех вещей в год. Идея не привилась. Невзирая на это Государыня продолжала открывать по всей России дома трудолюбия для безработных, учредила дома призрения для падших девушек, страстно принимая к сердцу все это дело… Описывая жизнь в Крыму, я должна сказать, какое горячее участие принимала Государыня в судьбе туберкулезных, приехавших лечиться в Крым, Санатории в Крыму были старого типа. Осмотрев их все в Ялте, Государыня решила сейчас же построить на Свои личные средства в их имениях санатории со всеми усовершенствованиями, что и было сделано. Часами я разъезжала по приказаниям Государыни по больницам, расспрашивая больных от имени Государыни о всех их нуждах. Сколько я возила денег от Ее Величества на уплату лечения неимущим! Если я находила какой-нибудь вопиющий случай одиноко умирающего больного, Императрица сейчас же заказывала автомобиль и отправлялась со мной, лично “привозя деньги, цветы, фрукты, а главное, обаяние, которое Она всегда умела внушить в таких случаях, внося с собой в комнату умирающего столько ласки и бодрости. Сколько я видела слез благодарности! Но никто об этом не знал: Государыня запрещала мне говорить об этом. Императрица соорганизовала четыре больших базара в пользу туберкулезных в 1911—1914 годах; они принесли массу денег. Она Сама работала, рисовала и вышивала для базара и, несмотря на Свое некрепкое здоровье, весь день стояла у киоска, окруженная огромной толпой народа. Полиции было приказано пропускать всех, и люди давили друг друга, чтобы получить что-нибудь из рук Государыни или дотронуться до Ее платья; Она не уставала продавать вещи, которые буквально вырывали из Ее рук Маленький Алексей Николаевич стоял возле нее на прилавке, протягивая ручки с вещами восторженной толпе. E6FF34D1963F-10В день “белого цветка” Императрица отправлялась в Ялту в шарабанчике с корзинами белых цветов; Дети сопровождали Ее пешком. Восторгу населения не было предела. Народ, в то время не тронутый революционной пропагандой, обожал Их Величества, и это никогда нельзя забыть…

0b2b5e1626996faffc3a183f3445dc88

Государыня любила посещать больных — Она была врожденной сестрой милосердия; Она вносила с Собой к больным бодрость и нравственную поддержку. Раненые солдаты и офицеры часто просили Ее быть около них во время тяжелых перевязок и операций, говоря, что “не так страшно”, когда Государыня рядом. Как Она ходила за Своей больной фрейлиной княжной Орбельяни! Она до последней минуты жизни княжны оставалась при ней и Сама закрыла ей глаза. Желая привить знание и умение надлежащего ухода за младенцами, Императрица на личные средства основала в Царском Селе школу нянь. Во главе этого учреждения стоял детский врач доктор Раухфус. При школе находился приют для сирот на пятьдесят кроватей. Также Она основала на Свои средства Инвалидный дом для двухсот солдат — инвалидов Русско-японской войны. Инвалиды обучались здесь всякому ремеслу, для каковой цели при доме имелись огромные мастерские, Около Инвалидного дома, построенного в царскосельском парке, Императрица устроила целую колонию из маленьких домиков в одну комнату с кухней и с огородиками для семейных инвалидов. Начальником Инвалидного дома Императрица назначила графа Шуленбурга, полковника Уланского Ее Величества полка. Кроме упомянутых мной учреждений, Государыня основала в Петербурге школу народного искусства, куда приезжали девушки со всей России обучаться кустарному делу. Возвращаясь в свои села, они становились местными инструкторшами. Девушки эти работали в школе с огромным увлечением. Императрица особенно интересовалась кустарным искусством; целыми часами Она с начальницей школы выбирала образцы, рисунки, координировала цвета и так далее. Одна из этих девушек преподавала моим безногим инвалидам плетение ковров. Школа была поставлена великолепно и имела огромную будущность… Все, кто страдал, были близки Ее сердцу, и Она всю себя отдавала, чтобы в минуту скорби утешить человека.

Я видела русскую Императрицу в операционной госпиталя державшей склянки с эфиром, подающей простерилизованные инструменты, помогающей при самых трудных операциях, принимающей от хирургов ампутированные конечности, убирающей пропитанные кровью и даже кишащие паразитами бинты, выносящей все эти запахи, зрелище и агонию в самом ужасном на земле месте — в военном госпитале во время войны. Она делала Свою работу с тихим смирением и неутомимостью человека, которому Бог предназначил это служение. Татьяна была почти такой же верной, как и Ее Мать, и жаловалась только, что из-за молодости Ее освобождают от самой трудной работы. Императрицу ни от чего не освобождали, и Она Сама этого не желала».

Дети разделяли бескорыстные материнские труды, направленные на помощь людям. Так было и в мирное время, но особенно в тяжкие дни Русско-японской и Первой мировой войн. Залы Зимнего Дворца Ее Величество обратила в мастерские, собрала сотни знатных дам и девиц, организовала рабочую общину. Сама неутомимо работала, и все Дочери брали с Матери пример, усердно шили и вязали, не исключая и Великую Княжну Ольгу Николаевну, не любившую рукодельничать. Только одно Харбинское депо получило от Зимнего Дворца до двенадцати миллионов разных вещей.

640748348Сколько руками Царицы и Дочерей было вышито церковных воздухов, покровов и других вещей, рассылаемых военным, монастырским и бедным церквам. Александра Феодоровна Сама писала Государю во время Первой мировой войны: «Выставка-базар действуют очень хорошо. Наши вещи раскупаются прежде, чем они появятся; каждой из нас удается ежедневно изготовить подушку и покрышку». До петровских времен занятие рукоделием как раз и было главным делом Цариц и Царевен, но работа Супруги и Дочерей Императора в качестве медицинских сестер оказалась начинанием неслыханным, вызвавшим изумление и нарекания в светском обществе. Было совершенно непонятно, зачем Императрице это нужно. Ее обвиняли в лицемерии, не представляя, что лихорадочная деятельность в госпитале, по воспоминаниям очевидцев, не прекращалась с раннего утра до поздней ночи. Вставали Государыня и Ее старшие Дочери рано, ложились иногда в два часа ночи. Когда прибывали санитарные поезда, Императрица и Великие Княжны делали перевязки, ни на минуту не присаживаясь с 9 часов иногда до 3 часов дня. Во время тяжелых операций раненые умоляли Государыню быть рядом, умирающие просили Ее посидеть возле кровати, подержать им руку или голову, и Она невзирая на усталость успокаивала их целыми часами. Кроме работы в Царском Селе, Александра Феодоровна иногда с Государем, а иногда одна с двумя старшими Дочерьми посещала учреждения Красного Креста в западных и центральных городах России. По словам Т. Мельник-Боткиной, «во время войны и без того скромная жизнь Царской Семьи проходила одинаково изо дня в день за работой». Как же непохож был уклад жизни этой удивительной Семьи на то, что можно было увидеть в семьях современной им знати и тех, кто за этой знатью тянулся! Мудрено ли, что так светское общество ненавидело святое Семейство, жизнь которого была им немым укором и примером, следовать которому не хотели.

Просмотры (1365)

Комментирование запрещено